– Я и не подозревал, что он будет ждать меня в ванной, – сказал он.

– Ты это о ком? Ты знаешь его? Говори же!

– Не знаю, Рита. Я никогда не видел его раньше. Наверное, это он убил Машу…

Алексей закрыл глаза и замолчал. Я осторожно потрясла его за плечо:

– Леша, я сейчас вызову милицию и «скорую помощь». У тебя вся рубашка в крови.

– Рита, я умру, – едва разлепляя губы, прошелестел он. – Этот гад выпустил в меня две пули…

– Не говори ерунды! И не таких с того света вытаскивали. Ты только держись, слышишь? Я оставлю тебя на несколько секунд, чтобы позвонить.

Я быстро…

Выскочив из ванной, я подбежала к телефону и сняла трубку. Гудка не было. Я потянулась к аппарату и только тут заметила перерезанный провод.

От испуга перед глазами поплыли красные круги.

Кое-как справившись с приступом дурноты, я прошла в коридор, нашла свою сумочку и принялась судорожно выгребать ее содержимое. Сотовый, где же сотовый? Черт, наверное, в машине остался.

Я открыла входную дверь и не дожидаясь лифта бросилась вниз по лестнице, прыгая через несколько ступенек. Примерно на пятом этаже меня вдруг осенило: соседи! Надо позвонить в любую дверь и попросить помощи, ведь жизнь Алексея может оборваться в любой момент!

Подбежав к обитой дорогой кожей двери, я стала истерично молотить в нее кулаками и громко кричать:

– Эй, люди добрые, помогите! Вызовите, пожалуйста, «скорую помощь», здесь человек умирает!

Покричав минут пять, я поняла, что никто мне не откроет, и, махнув рукой, бросилась дальше. На одном из пролетов я неожиданно споткнулась и кубарем покатилась вниз. Когда мой полет окончился, я с сожалением обнаружила, что тоненькие каблуки-шпильки от новых итальянских туфель успели отлететь. Однако колготки, как ни странно, остались целехонькими.

– О, черт, – простонала я и попыталась встать.

Это оказалось не так-то просто. Щиколотка правой ноги опухала на глазах, ушибленное колено левой кровоточило.