Я подошла к нему и сказала:

– Простите, вы Алексей?

– Алексей, – понуро кивнул он, расточая едва уловимый запах фирменной туалетной воды «Хьюго Босс».

Мужчина поднял голову и посмотрел на меня сальным взглядом. Ничего себе – и это называется убитый горем жених? Бедная Маша… Хотя…

Полулитровая бутылка «Реми Мартин» почти пуста. Коньяк, конечно, хороший, но и он забирает будь здоров, особенно если пить не закусывая – щедро украшенная пряной травой снедь на тарелке перед Алексеем успела слегка заветриться.

– Я не люблю, когда на меня так смотрят, – произнесла я строго, усаживаясь за стол.

– Извините, Маргарита, наверно, я перебрал.

– Ладно уж, прощаю, – улыбнулась я.

Раздражение тут же улетучилось, уступив место жалости. И что я такого себе напридумывала?

Алексей не в себе. Он искренне переживает смерть Маши. Вон как дергается кадык, и руки дрожат.

Поерзав на стуле, я заглянула Алексею в глаза.

– Мне очень жаль, честное слово. Маша была потрясающей девушкой… Остается надеяться, что милиция найдет убийцу и накажет его по заслугам.

– Дело – висяк, – прохрипел Алексей пьяным голосом. – А по заслугам милиция наказывает только невиновных.

– Тоже верно, – грустно улыбнулась я и, не зная, что сказать дальше, спросила:

– Ну и где же ваша чашечка кофе?

– Вот, – Алексей махнул рукой в сторону коньячной бутылки и, чуть не сбив ее, испуганно ухватился за горлышко.

– Я не пью, – я попыталась остановить его. – Я за рулем.

– Мы все за рулем. – С мученическим лицом Алексей налил мне полную рюмку.

– Послушайте, я не буду пить! Я говорю вполне серьезно…

– Мне сейчас тоже не до шуток.

– Я не могу… – упиралась я.

– Вы обязаны помянуть свою сотрудницу.

Я думаю, у вас не каждый день убивают таких красивых девушек.